Вольская военная прогимназия

Кадеты 2-го Кадетского и 3-го Московского Кадетских Корпусов, воспитанник Вольской Военной Прогимназии и воспитанник 2-го класса Учительской Семинарии военного ведомства.

Четырехклассное Саратовское училище Военного ведомства, размещавшееся в Вольске, готовило чертежников, артиллерийских и инженерных кондукторов, топографов, учителей гимнастики и фехтования. Военная реформа, проведенная десять лет спустя, 1868 г. еще раз изменило статус этого учебного заведения. 3-го сентября 1868 г. Саратовское военное училище было преобразовано в Вольскую военную про-гимназию. Ее начальником был назначен полковник Павел Яковлевич Остелецкий. Инспектором — лейб-гвардии штабс- капитан Александр Игнатьевич Тожимайло.

Военные прогимназии были созданы для обучения детей беднейших дворян и заслуженных нижних чинов. В дальнейшем выпускники прогимназий поступали в юнкерские училища или в специальные школы военного ведомства, выпускавшие унтер-офицеров для нестроевых должностей.

Всего было создано 8 военных прогимназий, из которых две: Вольская и Ярославская были особыми школами, имевшими специальное предназначение. В Ярославль в прогимназию направляли неуспевающих воспитанников других прогимназий, в Вольск – злостных нарушителей дисциплины.

В апреле 1868 года Главный начальник военно-учебных заведений приказал циркуляр-но спросить все гимназии о числе воспитанников, кои по характеру своего поведения и наклонностям затрудняют воспитательное дело, а потому заслуживают удаления из заведений. Циркуляр требовал, чтобы были обозначены черты характера, по которым воспитанник представляется трудным в воспитательном от-ношении, а в приложенной к циркуляру форме в числе других вопросов, на которые гимназии должны были дать ответ, находим вопрос о склонности каждого из воспитанников к необязательным занятиям — мастерствам, ремеслам и т. д.

В особой графе требовалось указать причины, по которым воспитанник удаляется из заведения, и объяснить, какие меры исправления были приняты заведением по отношению к каждому из увольняемых. После предоставления гимназиями затребованных сведений Главный начальник положил резолюцию: «В нынешнем году предполагается воспитанников всех гимназий, затрудняющих заведения положительно дурными наклонностями и дурным влиянием на товарищей, соединить в Саратовской начальной школе; для обсуждения этого дела уже назначен начальник школы, полковник Остелецкий. Полагаю выбрать не более 50 воспитанников на первый год, иначе новому заведению нельзя будет справиться, а потому списки директоров рассмотреть и сортировать по аттестациям, неуспешных переводить в Московскую начальную школу, 16-летних выпускать в юнкера, в полки» .

В 1868 году в Вольск вступила первая партия воспитанников в количестве 28 человек, которые были предназначены к исключению, но взамен того направлены в Вольское военно-учебное заведение, еще носившее тогда название Саратовской военно-начальной школы. В следующем году, когда школа была преобразована в прогимназию, в нее перевели еще 80 воспитанников. Прежние ученики, не успевшие закончить обучения, были размещены по другим военно-учебным заведениям .

Среди воспитанников Вольской прогимназии было немало сирот, которые в случае их исключения из военной школы лишились бы полностью всякой опеки и средств к существованию. Нравственная гибель этих оставшихся без попечения подростков была бы неизбежной.

Стремясь к наиболее правильной организации обучения и быта учащихся, полковник Я.П.Остелецкий досконально изучил опыт европейских исправительно-воспитательных учреждений. Вместе с инспектором прогимназии в 1869 г. он побывал в Германии, Франции и Швейцарии, стараясь вникнуть во все стороны жизни европейских исправительных школ.

Предложения Остелецкого легли в основу разработанных в Главном управлении воен-но-учебных заведений руководящих правил организации и ведения исправительно-воспитательного дела в Вольской военной прогимназии. Правила учитывали особенность контингента этой школы: воспитанники, переведенные сюда из военных гимназий и прогимназий, принадлежали к привилегированным сословиям и предназначались к поступлению в военную службу.

На основании этих правил, все воспитанники Вольской прогимназии были разделены на небольшие группы (до 15 воспитанников) под руководством двух воспитателей, классное обучение ограничено общим курсом военных прогимназий, а главная задача состояла в исправлении нравственных недостатков переводимых сюда воспитанников.

Как отмечает известный русский педагог Иван Алексеевич Сикорский, изучивший опыт Вольской военной прогимназии и сделавший специальный доклад на IV Международном конгрессе гигиены в Женеве в 1882 году, «первым делом нового заведения было расширение собственной территории. Место, принадлежавшее прогимназии, было весьма невелико. Не-доставало сада — что было большим недостатком. Это обстоятельство, но в особенности соображения педагогического характера побуди-ли вновь назначенного начальника прогимназии полковника Остелецкого хлопотать об увеличении места, занимаемого прогимназией. К зданиям прогимназии прилегало с двух сторон прекрасное, обширное место — сад с находящимся в нем старым домом, принадлежащими ведомству Государственных имуществ. После продолжительной переписки просимый участок земли с постройками на нем, по Высочайшему повелению, был передан Вольской военной прогимназии» .

В первые три года своего существования Вольская военная прогимназия жила в соответствии с общими правилами для военных про-гимназий. Однако ввиду особого ее назначения, как воспитательно-исправительного заведения, в устройстве и деятельности ее допущены были отступления от общего порядка. В первую очередь был усилен состав воспитателей. Их количество было увеличено почти вдвое. При назначении на должность внимательно рассматривались личные качества каждого кандидата, которые должны были соответствовать новому назначению прогимназии.

В докладе по этому предмету в Военный Совет говорилось: «В настоящее время выясни-лось, что комплект воспитанников исправительного заведения не должен превышать 100 человек и что соответственная такому составу цифра ежегодно открывающихся вакансий в Вольской прогимназии (от 20 до 25) удовлетворяли бы потребностям военно-учебного ведомства. Вместе с тем представляется ныне безотлагательно необходимым допустить те измене —

ния в существующем распределении сумм по содержанию Вольской военной прогимназии, кои неизбежно вызываются исключительною целью этого заведения» .

Предложения о реорганизации Вольской военной прогимназии вызвали возражения Военно-кодификационного комитета, который считал, что нравственно испорченные подростки могут успешно перевоспитываться в обычных гимназиях и прогимназиях, а в случае их полной неисправимости попросту исключаться из военного ведомства.

Однако начальник военно-учебных заведений генерал-адъютант Николай Васильевич Исаков поддержал предложения Остелецкого, и возражения Военно-кодификационного комитета были отклонены. Уступка была сделана в только одном пункте. Обучение детей в воспитательно-исправительном учреждении могло оскорбить родительские чувства, поэтому Вольской военной прогимназии не стали менять название.

В результате принятых Военным Сове-том постановлений с 1-го августа 1874 г. педагогический состав в Вольской прогимназии, рассчитанной на 100 учащихся, оставался таким же, каким он был прежде при 200 воспитанниках: 9 воспитателей и 4 учителя.

Штатные оклады увеличивались как в военных гимназиях, то есть до следующих размеров: директора до 2400р., инспектора до 1500р., воспитателей до 540р. (вместо 360), учителей до 360р. (вместо 240р.) и священника до 720р. Кроме того, увеличивались оклады за выслугу до 900р. и 600р. (против 540р. и 360р.) соответственно.

Как замечает И.А. Сикорский, «Такое увеличение размеров окладов содержания мотивировалось необходимостью привлечь наиболее способных деятелей, а равно для вознаграждения значительно усиленной их работы, и, наконец, в видах возможно более продолжи-тельного удержания таковых лиц на занимаемых ими должностях» .

При этом существенно увеличивались расходы на содержание прислуги, фельдшера, служащих канцелярии. Выделялась особая сумма в 1500 руб. на организацию обучения воспитанников ремеслам, искусствам, садовым и полевым работам.

В1878-1879 годах для воспитанников Вольской прогимназии было построено новое кирпичное здание. Тогда же построены: баня, прачечная, проведен водопровод и обустроена территория. Bce эти работы потребовали до 220000 рублей расходов.

В 1869г. особая комиссия при Главном управлении военных учебных заведений при участии директора Вольской прогимназии П.Я.Остелецкого составила руководящие правила для организации и дальнейшего ведения воспитательно-исправительного дела в прогимназии.

Как сообщает Сикорский, «основные требования этих руководящих правил и указаний состояли:

1) в разделении воспитанников на группы, или семьи, по их нравственным свойствам и характеру;

2) в установлении физического труда и ремесленных занятий, как существенного элемента воспитания и морализации;

3) в осуществлении строгого регулирования всей духовной и материальной жизни воспитанников».

В отчете Главному управлению о ходе воспитательной работы в Вольской прогимназии, представленном в 1873 г., П.Я.Остелецкий сообщал, что в своей деятельности Вольская военная прогимназия во многом руководствовалась воззрениями и практикой исправительных заведений Западной Европы. Это, прежде всего, выразилось в разделении воспитанников по их нравственным качествам на малые группы или семьи. Все заведение было разделено на 4 группы. Каждая группа была выделена, как особая семья, в отдельное помещение, которое имело свой зал, спальню, ретирады и прочее.

Два воспитателя группы помещались рядом, или весьма близко, они чередовались между собою дежурством, причем дежурный находился безотлучно при группе 24 часа и даже спал в группе. Ночной надзор поручался дядьке, который не спал. Всякая группа состояла из двух воспитательных отделов, порученных каждый руководству особого воспитателя. На долю каждого воспитателя приходилось от 8 до 12 воспитанников. Более трудные воспитанники поручались более опытным воспитателям.

Свободный от дежурства воспитатель был обязан присутствовать при вечерних занятиях воспитанников, при играх, прогулках, ремесленных и садовых занятиях и большей частью принимал в них участие, служа живым примером. Независимо от этого, воспитатель имел 7-9 уроков в неделю для своего отдела или для своей группы. Различные группы про-живали изолированно. Учащиеся сходились вместе только на уроках, в столовых, при общем пении всем заведением и отчасти при прогулках, но всегда в этих случаях за раздельностью групп следили воспитатели и прислуга.

По наблюдению воспитателей, большинство воспитанников проявляли весьма слабый интерес к умственным занятиям; приблизительно у 10% воспитанников существует выраженное нежелание заниматься как умственным, так и физическим трудом. Однако у большинства учащихся была замечена способность к физическому и механическому труду и даже особая склонность и любовь к занятиям ремеслами.

Уже в 1869 г. между прудами и здания-ми на территории прогимназии были разбиты огороды, на которых, во избежание праздности, трудились воспитанники, был разбит небольшой фруктовый сад, посажены декоративные кустарники и деревья различных пород.

В прогимназии работали переплетная и столярная и слесарная мастерские, были приобретены и установлены различные станки, работу на которых успешно осваивали воспитанники.

Вместе с тем руководители и воспитатели Вольской военной прогимназии в своем стремлении к европейским методам воспитания и исправления учащихся не забывали и о старой и доброй отечественной традиции. Уже тогда за неробкими юношами из Вольской военной прогимназии закрепилось имя «вОльцы», напоминавшее одновременно и о городе, где находилось одна из старейших военных школ России, и о непростом характере питомцев этого учебного заведения.

Об этом периоде истории Вольской военной школы сохранились строчки в известной всей русской армии песне «Журавель», где в нелицеприятной, а порой и непристойной форме говорилось едва ли не обо всех заметных воинских подразделениях России. О Вольской военной школе «Журавель» излагал следующее: Абсолютное незнанье — Вольца первое признанье.

Кое-что это бессмертное произведение военного фольклора сообщало и о не отмеченных на Женевской конференции методах воспитания в Вольской прогимназии:

Драли ж… многи лета

Предкам Вольского кадета.

Впрочем, то же самое говорил «Журавель» и о родственных «вольцам» воспитанниках Ярославской прогимназии:

Ярославцев тоже драли,

Но чтоб так — так уж едва ли!

О военной прогимназии и нравах ее воспитанников в Вольске ходили страшные слухи. «Вольцов» обвиняли в ужасных преступлениях и пороках. Впрочем, в этих обвинениях звучала явная досада на то, что доступ в это учебное заведение, открывавший возможность получения в дальнейшем высшего военного образования, для сыновей вольских обывателей был за-крыт.

Боялись Вольской прогимназии и в других военных школах России. А.И.Куприн в по-вести «На переломе (Кадеты)» говорит об «отчаянных» воспитанниках кадетских корпусов, которым предстояло отправиться в славный волжский город: «В конце концов начальство “махало на них рукой” и дожидалось только, когда отчаянный, не выдержав вторично экзамена в одном и том же классе, оставался на третий год. Тогда его отправляли в Ярославскую прогимназию, куда ссылали из всех гимназий России все, что было в них неспособного и порочного. Но Ярославская прогимназия — и та сортировала отчаянных и спроваживала их, в свою очередь, в Вольскую прогимназию. Об этой Вольской прогимназии между воспитанниками ходили самые недостоверные, но ужасные слухи. Говорили, что там прогимназистов обучают различным ремеслам простые кузнецы, слесари и плотники, которым предоставлено право бить своих учеников; говорили также, что там по субботам обязательно дерут всех учеников: виноватых—в наказание, а правых—в поощрение, на что будто бы каждую субботу истребляются целые воза ивовых прутьев.

Каждый отчаянный знал, что рано или поздно ему не миновать Вольской, и постоянно бравировал этим, бравировал, если только можно привести такое сравнение, с тем же напускным самохвальством, с каким арестант, осужденный на каторгу за крупное убийство, хвастается и куражится перед мелкими воришками.

— Ну что ж, в Вольскую так в Вольскую!—говорил отчаянный, сплевывая сквозь зубы.— Не боюсь я никого, кроме бога одно-го!».

После преобразования в 1882 г. военных гимназий в кадетские корпуса военные прогимназии были закрыты, а две из них — Ярославская и Вольская преобразованы в военные школы, куда из кадетских корпусов по-прежнему направлялись неуспевающие и провинившиеся ученики; штат Ярославской школы по-прежнему насчитывал 400 человек, а Вольской — 100.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: